Мирные переговоры в Брест-Литовске с 22 (9) декабря по 3 марта (18 февраля) 1918 г.

От Редакции

Предисловие Л.Д. Троцкого

Первый период с 22/9 декабря по 28/15 декабря 1917 г.

Заметка А. Иоффе.
Состав мирной конференции.

Протоколы

22/9-го декабря, 1917 г.: Заявление Российской делегации о принципах демократического мира.
25/12-го декабря, 1917 г.: Заявление Союзной делегации.
26/13-го декабря, 1917 г.:
27/14-го декабря, 1917 г.: Территориальные вопросы; Украина.
28/15-го декабря, 1917 г.: Территориальные и экономические претензии Германии и Австрии.10-дневный перерыв.


Второй период (с 9 января 1918 г. (27 декабря 1917 г.) по 10 февраля (28 января) 1918 г.).
От Редакции.
Состав мирной конференции.

9 января 1918 г. (27 декабря 1917 г.): Союзные протесты против мирной пропаганды Советской прессы.
10 января 1918 г. (28 декабря 1917 г.).: Заявление Украинской Центральной Рады. Вопросы самоопределения.
11 января 1918 г. (29 декабря 1917 г.): Очищение оккупированных областей; вопросы права и силы.
12 января 1918 г. (30 декабря 1917 г.): Украина; ген. Гофман: право сильного.
14/1 января 1918 г.:
15/2 января 1918 г.: Бесконечная оккупация.
18/5 января 1918 г.:
30/17 января 1918 г.:
31/18 января 1918 г.: Выяснены территориальные требования Германии; Перерыв в переговорах.
1 февраля (19 января) 1918 г.:
3 февраля (21 января) 1918 г.:
7 февраля (25 января) 1918 г.:
9 февраля (27 января) 1918 г.: Германия заключила договор с УНР и отказывается гарантировать неприкосновенность украинской, или украинско-российской границы. Переговоры в тупике.
10 февраля (28 января) 1918 г.: Территориальные вопросы; заявление Российской делегации об одностороннем разоружении России.


Третий период с 1 марта (16 февраля) по 3 марта (18 февраля) 1918 г.
От Редакции.
Обмен теле- и радиограммами. Германский ультиматум.
Состав мирной конференции.

1 марта (16 февраля) 1918 г.: Заявление Сокольникова.
3 марта (18 февраля) 1918 г.: Подписание условий мира.

Приложения:
1) Борьба за гласность.
2) Русско-украинские отношения.
3) Национальные представители.
4) Российская делегация и Германско-Австрийская Социал-демократия.
5) Подкомиссия по территориальным вопросам.

Эпилог Брест-Литовских переговоров.


Протоколы

Пленарное заседание мирной конференции 22/9-го декабря, 1917 года.

Леопольд

Заседание открывается в 4 часа 24 мин. Генерал-Фельдмаршалом Принцем Леопольдом Баварским следующей речью:

Ваше Высочество, Ваши Превосходительства, Господа!

Прежде всего, я хотел бы приветствовать Вас, господа, в моей главной квартире в качестве гостей. Стараниями некоторых из присутствующих лиц удалось после трех с половиной лет войны заключением перемирия положить ей конец. Я надеюсь, что г.г. делегатам держав Четверного Союза и могущественной Российской Республики удастся довести переговоры до такой стадии, что мы в кратчайший срок окажемся перед лицом мира, несущего счастье народам. Я думаю, что выскажу общее мнение, если я попрошу Его Высочество Ибрагима Хакки-Пашу, в качестве старейшего, принять пока председательствование на этих переговорах. От всего сердца желаю, чтобы работы, которые Вас, господа, теперь здесь ожидают, вскоре привели к счастливому концу.

После этого Принц Леопольд Баварский прощается с присутствующими уполномоченными.

 

Ибрагим Хакки-Паша занимает место председателя и обращается к собранию с речью:

Господа, я очень благодарен за то, что Е.К.В. Главнокомандующий дал мне возможность председательствавать на Вашем первом заседании, и я благодарю Вас за то, что вы приняли это предложение. Для меня высокая честь и особая радость председательствовать на этом первом заседании мирной конференции делегатов пяти держав, и я надеюсь, что Ваши старания весьма скоро принесут столь желанный мир России, Германии, Австро-Венгрии, Болгарии и Турции. Я приветствую всех делегатов пяти держав, в особенности делегатов Российского Правительства, которое имело мужество провозгласить принципы гуманности перед лицом всего мира.

Господа, мы здесь гости Германского Правительства, желания которого его представитель Е.К.В. здешний Главнокомандующий так любезно выразил. Я убежден, что действую в согласии с Вами, если выскажу Е.К.В. нашу самую искреннюю благодарность. Точно также я рассчитываю на Ваше одобрение, предлагая Его Превосходительству г. фон-Кюльману, полномочному Германскому представителю, принять председательствование на себя.

Кюльман Статс-секретарь по Иностранным Делам фон-Кюльман

 

Кюльман (занимая председательское место):

Ваше Высочество, Милостивая Государыня, Господа!

Для страны, которую я здесь представляю, и для меня самого является высокой честью, по предложению Его Высочества Великого Визиря Хакки-Паши и согласно Вашему решению, председательствовать на сегодняшнем первом совещании, на котором сошлись представители Союзных Держав с делегатами Русского народа, чтобы положить конец войне и восстановить мир и дружбу между Россией и представленными здесь державами. Не может быть и речи о том, чтобы в открывающемся теперь совещании условия мира были выяснены до мельчайших деталей. Прежде всего, нам предстоит определить главнейшие принципы и условия, при которых мирные и дружественные отношения, особенно в культурной и хозяйственной области, могли бы быть возобновлены, а также обсудить лучшие средства для излечения ран, причиненных войной. Наши переговоры будут проникнуты духом примирительного человеколюбия и взаимного уважения. Мы должны считаться, с одной стороны, с историческими данными, с историческим развитием, иначе — у нас не будет твердой почвы под ногами; с другой же стороны, мы должны руководствоваться теми новыми и великими идеями, к осуществлению которых стремятся присутствующие.

Позвольте мне отметить, как счастливое предзнаменование окончания наших переговоров, то, что они происходят под знаком того праздника, который много столетий тому назад возвестил нам наступление "мира на земле". Открывая сегодняшнее заседание, я позволю себе, в качестве председателя, выразить желание, чтобы ход наших работ был быстрый и успешный.

Позвольте теперь перейти к самому порядку дня.

Прежде всего, я хотел упомянуть о некоторых чисто формальных вопросах. Первый из них касается — это маленькая формальность, но она необходима — определения порядка рангов. Для этого я предлагаю, чтобы мы, по примеру прежних, подобных заседаний, придерживались инициалов соответствующих стран, в порядке, в коем они следуют в латинском алфавите: напр. Австрия, Болгария… (Принимается)

Второй вопрос, это — вопрос о председательствовании. Я предложил бы, чтобы мы не руководствовались прецедентами, а председательствование велось бы попеременно всеми представителями участвующих в конференции держав.

Согласны ли вы с этим предложением? (Принимается).

Следующий формальный пункт касается языка переговоров. Я предложил бы, чтобы при переговорах были допущены, как равноправные, языки всех здесь присутствующих держав. Сами мы будем вести переговоры, по примеру переговоров о перемирии, на немецком и русском языках.

Ибрагим Хакки-Паша предлагает допустить и французский язык.

Кюльман. Французский язык допустим, как язык интернациональный, к тому же он признан дипломатическим языком.

Затем, я хотел бы коснуться вопроса о способе переговоров. Поскольку обсуждаются общие принципы и предметы, одинаково интересующие все здесь представленные державы, я хотел бы предложить обсуждать их в пленарных заседаниях. Однако, когда мы покинем почву общих принципов, явится необходимость в переговорах одной державы с другой, например, скажем: Болгарии с Россией, Турции с Россией. Для этих переговоров я предложил бы применять менее громоздкий аппарат, прежде всего, для того, чтобы дать возможность заседать одновременно двум или трем совещаниям, иначе переговоры слишком затянутся. Каждый раз, конечно, придется решать, путем обсуждения или сепаратных переговоров. Таким образом, с формальной частью, поскольку она подлежала сегодня разрешению, мы покончили. Я позволю себе, с разрешения высокого собрания, просить господина Председателя Русской делегации изложить нам в основных чертах те руководящие мысли, которые, по его мнению, должны быть положены в основу наших работ.

Иоффе. Прежде, чем перейти к изложению положений, выставляемых Российской делегацией, я хотел бы, в связи с формальными вопросами, здесь возбужденными, сказать несколько слов. Со стороны Российской делегации есть еще одно предложение. Мы считаем необходимым, чтобы все заседания были публичными, и чтобы велись подробные протоколы, причем за каждой стороной остается право публиковать полностью протоколы заседаний.

Кюльман. Господа, вы слышали предложение господина Председателя Русской делегации. Желает ли кто-нибудь высказаться по поводу этого предложения?

Ибрагим Хакки-Паша (на французском языке) выражает по этому поводу свои сомнения.

Кюльман. Я позволю себе вкратце передать замечание, которое Его Превосходительство Хакки-Паша формулировал от имени Турецкой делегации. Оно состоит в том, что сама по себе публичность переговоров не вызывает у него возражений, но он держится того взгляда, что ежедневное осведомление печати о ходе переговоров об отдельных стадиях развития их до окончания возбудит газетную полемику и может угрожать продолжению и успешному окончанию переговоров.

Ибрагим Хакки-Паша говорит, что подобное вынесение на улицу могло бы помешать, по его мнению, успешности переговоров, и, поэтому, он предлагает Русской делегации найти средний путь, который, не затрагивая принципа публичности, вместе с тем не подвергал бы ежедневной открытой дискуссии отдельные аргументы и фазисы переговоров.

Иоффе. Мы полагаем, что, наоборот, открытое и гласное обсуждение условий мира полезно и даже необходимо в интересах достижения того мира, за который мы боремся. Я хочу указать на то, что ежедневное опубликование стенограмм технически будет невозможно. Это подтверждается опытом, который был у нас при переговорах о перемирии. Так как протоколы ведутся на русском и немецком языках, то является необходимостью сверять протоколы и только после этого публиковать их. Это так быстро не делается, всегда происходит некоторая задержка. Я думаю, что то же самое произойдет и теперь. Но мне кажется, что неправильно было бы обязательно опубликовывать только по окончании заседания.

Кюльман. Мне было бы особенно неприятно, если бы возникло какое-либо сомнение относительно того, что мы, хотя бы в малейшей степени заинтересованы в ограничении самой широкой гласности. Наши предложения и наши обсуждения не боятся света самой широкой гласности. Но я признаю, что сомнения, высказанные Его Превосходительством Хакки-Пашой, не могут быть без дальнейшего обсуждения отвергнуты, и я склоняюсь к тому решению, что, после только что сказанного господином Председателем Русской делегации, мы найдем этот средний путь в той форме, на которую он указал, а именно — что мы будем сравнивать и сверять наши протоколы.

Ибрагим Хакки-Паша заявляет, что он, в общем, согласен с этой постановкой вопроса.

Кюльман. Я могу констатировать, что по поводу предложения Русской делегации разногласий не имеется.

Иоффе. Перехожу к положениям, выдвигаемым Русской делегацией.

Русская делегация исходит из ясно выраженной воли народов Революционной России добиться скорейшего заключения всеобщего демократического мира. Делегация полагает, что единственными принципами такого мира, для всех одинаково приемлемыми, являются принципы, выраженные в декрете о мире, единогласно принятом на Всероссийском Съезде Рабочих и Солдатских Депутатов и подтвержденном на Всероссийском Крестьянском Съезде.

Декрет этот гласит:

"Справедливым или демократическим миром, которого жаждет подавляющее большинство истощенных, измученных и истерзанных войной рабочих и трудящихся классов всех воюющих стран, миром, которого самым определенным и настойчивым образом требовали русские рабочие и крестьяне после свержения царской монархии, таким миром правительство считает немедленный мир без аннексий, т.е. без захватов чужих земель, без насильственного присоединения чужих народностей, и без контрибуций. Под аннексией или захватом чужих земель правительство понимает, сообразно правовому сознанию демократии вообще и трудящихся классов в особенности, всякое присоединение к большому или сильному государству малой или слабой народности, без точно, ясно и добровольно выраженного согласия и желания этой народности, независимо от того, когда это насильственное присоединение совершено, независимо также от того, насколько развитой или отсталой является насильственно присоединяемая или насильственно удерживаемая в границах данного государства нация, независимо, наконец от того, в Европе ли или в далеких заокеанских странах эта нация живет.

Если какая бы то ни было нация удерживается в границах данного государства насилием, если ей, вопреки выраженному с ее стороны желанию, все равно, выражено ли это желание в печати, в народных собраниях, в решениях партий или в возмущениях и восстаниях против национального гнета, — не предоставляется право свободным голосованием, при полном выводе войск присоединяющей или вообще более сильной нации, решить без малейшего принуждения вопрос о формах государственного существования этой нации, то присоединение ее является аннексией или захватом и насилием.

Продолжать эту войну ради того, как разделить между сильными и богатыми нациями захваченные или слабые народности, правительство считает величайшим преступлением против человечества и торжественно заявляет свою решимость немедленно подписать условия мира, прекращающего эту войну на указанных, равно справедливых для всех без изъятия народностей условиях."

Исходя их этих принципов, Российская делегация предлагает положить в основу мирных переговоров нижеследующие шесть пунктов.

1) Не допускаются никакие насильственные присоединения захваченных во время войны территорий. Войска, оккупирующие эти территории, выводятся оттуда в кратчайший срок.

2) Восстанавливается во всей полноте политическая самостоятельность тех народов, которые во время настоящей войны были этой самостоятельности лишены.

3) Национальным группам, не пользовавшимся политической самостоятельностью до войны гарантируется возможность свободно решить вопрос о своей принадлежности к тому или другому государству или о своей государственной самостоятельности путем референдума. Этот референдум должен быть организован таким образом, чтобы была обеспечена полная свобода голосования для всего населения данной территории, не исключая эмигрантов и беженцев.

4) По отношению к территориям, сообитаемым несколькими национальностями, право меньшинства ограждается специальными законами, обеспечивающими ему культурно-национальную самостоятельность и, при наличности фактической к тому возможности, административную автономию.

5) Ни одна из воюющих стран не обязана платить другим странам, так называемых "военных издержек"; взысканные уже контрибуции подлежат возвращению. Что касается возмещения убытков частных лиц, пострадавших от войны, таковое производится из особого фонда, образованного путем пропорциональных взносов всех воюющих стан.

6) Колониальные вопросы решаются при соблюдении принципов, изложенных в пунктах 1, 2, 3 и 4.

В дополнение к этим пунктам, Российская делегация предлагает договаривающимся сторонам признать недопустимым какие-либо косвенные стеснения свободы более слабых наций со стороны наций более сильных, как то: экономический бойкот, подчинение в хозяйственном отношении одной страны другою, при помощи навязанного торгового договора, сепаратные, таможенные соглашения, стесняющие свободу торговли третьих стран, морскую блокаду, не преследующую непосредственно военных целей и т.п. Вот те основные принципы, одинаково для всех приемлемые, без признания которых делегация Российской Республики не представляет себе возможности заключения всеобщего мира.

Кюльман. Имеет ли кто их других членов Русской делегации что-нибудь добавить к этим соображениям?

Покровский. Это наше общее мнение.

Кюльман. Я хотел бы после этих, имеющих громадное значение предложений, которые нам только что сделал господин Председатель Русской делегации, выразить мнение, что по отношению к этим глубоко принципиальным основным положениям мы не можем занять определенной позиции, пока мы не будем иметь возможности в общей беседе взвесить эти предложения и определить нашу позицию по отношению к этим предложениям. Я был бы благодарен, если бы речь господина Председателя Русской делегации, которая, как я смею предположить, уже имеется в письменной форме, как можно скорее была доставлена нам в оттисках и, кроме того, я хотел бы узнать мнение уважаемых господ делегатов, считают ли они возможным изучить и обсудить эти предложения в течении сегодняшнего вечера и завтрашнего утра, для того, чтобы завтра же ознакомить Русскую делегацию с нашим ответом.

Чернин. Я хотел бы относительно этого предложения сказать, что нам следует попытаться изготовить ответ в течение завтрашнего утра. Если бы это встретило большие затруднения и оказалось бы невозможным, то мы сможем отложить предполагаемое на завтрашний день заседание.

Кюльман. Тогда я могу предложить следующее: если мы г. Председателю Русской делегации завтра утром не сообщим чего-либо другого, то мы соберемся завтра в 4 часа пополудни, чтобы ответить на предложение Русской делегации.

Нет ли еще каких-нибудь вопросов, которые бы стояли в связи с сегодняшним заседанием?

Тогда я позволю себе заседание на сегодня объявить закрытым.

Заседание закрывается в 5 часов 13 минут.