Шулера славянофильства.

Если у вас, читатель, недурное обоняние, вы должны были обнаружить в нашей атмосфере присутствие подозрительных токов «всеславянской» политики…

Снова, о российский обыватель, делается попытка открыть предохранительный клапан официозного славянофильства, чтобы дать выход избытку твоих гражданских чувств. Снова, как двадцать пять лет тому назад, газетные подрядчики патриотизма извлекают из своих архивов временно сданные туда, на предмет востребования, идеи всеславянского братства и с шумом и звоном пускают их в оборот…

Недавно Болгария была местом «шипкинских» юбилейных празднеств. Редакциям бесцензурных изданий был разослан циркуляр, который предлагал представителям русской печати, как и вообще русским подданным, которые будут присутствовать на означенных торжествах, — «воздержаться от произнесения речей или тостов», ввиду того, что эти права «предоставлены лишь Е. И. В. Вел. Князю Николаю Николаевичу и ген.-адъютанту гр. Игнатьеву»… тому самому Игнатьеву, который, по наглому уверению «Нов. Врем.»*, выступал в Болгарии исключительно как частное лицо.

* «Новое Время» — петербургская ежедневная газета, издававшаяся с 1876 г. Ее редактором-издателем был Суворин. Газета занимала крайне консервативную позицию с самого начала своего существования. Будучи по существу официозом, «Новое Время» на своих страницах неизменно вело бешеную кампанию против революционной демократии, рабочего класса и радикальной интеллигенции. Травля «инородцев», особенно евреев, красной нитью проходит через все руководящие статьи газеты. Орган бюрократических верхов, «Новое Время» не отличалось особой устойчивостью политической позиции и обычно меняло свое направление в связи с персональными изменениями в министерстве. В революции 1905 г. заняло крайне-реакционную позицию, требуя решительных мер против революционеров и бастующих рабочих.

Ниже мы помещаем характеристику «Нового Времени», принадлежащую тов. Троцкому (написанную им в 1906 г. для предполагавшегося агитационного словаря, но не вполне законченную): — Редакция Госиздата в 1920-е гг.

«Новое Время» — газета литературная, политическая и продажная, издается Сувориным в течение 40 лет. Газета, как известно, несчетное число раз меняла свое «направление», но эти перемены происходили всегда в очень узких пределах, — именно в рамках борьбы разных министров и ведомств. «Новое Время» стояло за классицизм при министре просвещения Делянове и против классицизма — при Ванновском; за бараний рог — при Плеве, за «доверие» — при Святополк-Мирском. При всех этих переменах «Новое Время» оставалось органом литературного негодяйства. Ненависть к демократии, радикальной интеллигенции, социалистическому пролетариату и революционному крестьянству выражалась и выражается во множестве статей, написанных слюною бешеной собаки. Юдофобство проходит через все превращения «Нового Времени», ибо бесправие евреев входило в программу всех министров самодержавия.

«Суворин получает для своей газеты дорогие казенные объявления и имеет в своем распоряжении железнодорожные киоски. Он получает сведения из министерских канцелярий.

«Новое Время» поддерживало Витте, как министра финансов, с пеной у рта отстаивало питейную реформу, стояло за воинственную политику на Дальнем Востоке, оправдывало русско-японскую войну, восхваляло военный гений Куропаткина и Рождественского, скрывало правду, лгало, обманывало.

«В 80-е и 90-е гг. «Новое Время» было официальным органом торжествующего негодяя, властителя дум современности. Но эти времена безвозвратно прошли. В начале нового столетия «Новое Время» и его герой-негодяй оказались окруженными атмосферой всеобщего негодующего презрения, которое сгущается с каждым днем. В ночь с 17 на 18 октября 1905 г. случайная толпа, собравшаяся на Невском, пропела у окна «Нового Времени» «анафема!».

«Анафема тебе! Будь проклят, Иуда» — вот крик, которым молодая демократическая Россия провожает в могилу позорного хозяина позорной газетной шайки». — Л.Т. 1906 г.

Граф Игнатьев держал себя на юбилейных празднествах с дипломатическим искусством агента-провокатора, который каждую минуту готов предать того, кого ему удалось завлечь своими речами. В настоящее время «С.-Петерб. Вед.»*19 — газета, у которой много хороших намерений, но обидно мало политического смысла, — говорят: «Странно до некоторой степени слышать мнение о том, будто бы шипкинские торжества толкнули Македонию на путь восстания». Странно — только до некоторой степени? Значит, «до некоторой степени» все-таки понятно? Того же мнения и мы. Правда, граф-провокатор выразил ту мысль, что для освобождения Македонии еще не наступил благоприятный «психологический момент», но тут же он указал, что «Россия — духовный и вещественный щит славянства». В ней живут еще великие идеалы. Она способна еще на новый «крестовый поход, каким была война 1877—78 годов». Оратор-монополист, под лицемерно двусмысленными словами которого, по уверению «Нов. Вр.», «подпишется всякий русский человек» (тот самый русский человек, которому циркуляром за № 7784 предложено «воздержаться» от речей), гр. Игнатьев, сыграв свою провокационную роль, выразил затем в особой телеграмме «сожаление» по поводу «напрасных жертв македонского восстания»: очевидно, нетерпеливые болгары опередили «психологический момент».

* «Петербургские Ведомости» — одна из старейших русских газет, существовавших до Октябрьской Революции. Основана в 1728 г. Некоторое время газету редактировал М. В. Ломоносов. В течение многих лет газета имела бесцветный характер казенного официоза. Значительно оживилась с 60-х гг., когда редактором ее стал В. Ф. Корш. С этого времени газета становится оппозиционно-либеральным органом и несколько раз подвергается преследованиям и запрещениям. Впоследствии газета снова передвинулась вправо и заняла крайне умеренную, а позже определенно реакционную позицию, оставаясь на ней до самого последнего времени.

Как же держат себя в этом случае наши газетные балканских дел мастера?

Мы оставляем в стороне всеславянскую болтовню «СПБ.В.», ввиду абсолютной невменяемости консервативно-либеральной газеты князя Ухтомского. «Бирж. В.»*, которые в смысле «отзывчивости» и впечатлительности стараются соперничать с «Нов. Врем.», в несколько дней заметно изменили тон своих статей о балканских делах. Только вчера они резко отзывались о македонском восстании, как о несвоевременной и безумной авантюре. Сегодня они говорят уже такие речи:

«Менее чем где-либо, у нас допускают мысль о каких-либо агрессивных планах против Турции, но нет также страны в Европе, где вопли и стоны македонских христиан отзываются более мучительным эхо, чем в России. Политика, упорно не желавшая считаться с естественным сочувствием России к ее единоверцам, всегда оказывалась губительной для империи османов».

* «Биржевые Ведомости» — газета, выходившая в Петербурге с 1880 г.; с 1893 г. стала выходить и вечерним изданием. В 1905 г. — орган кадетов. «Биржевые Ведомости» были временно закрыты царским правительством, наряду со многими другими газетами, в конце 1905 г. за напечатание финансового манифеста Совета Рабочих Депутатов. В эпоху наступившей реакции газета перешла в лагерь желтой прессы. — Редакция Госиздата в 1920-е гг.

 

«Не подлежит, конечно, сомнению, — иезуитствует на ту же тему «Нов. Вр.», — что каждый сознательный русский искренно желает мира… Но кто же может не знать, что шипкинские памятники освежают и укрепляют в нас ничем непоколебимую решимость остаться навсегда верными заветам, в них содержимым, поддерживать и продолжать дело, за которое страдали и гибли чествуемые нами».

Не похоже ли, читатель, на то, что разбитной газетной братии заказано сверху изготовить «психологический момент»? Но чему послужит этот «момент»? Делу македонского освобождения? Или эксплуатации «славянских» чувств в целях укрепления позиций самодержавной бюрократии? Вопрос, у которого может быть только одно решение.

Поэтому, какое бы сочувствие ни возбудило в нас македонское восстание, мы не можем не отнестись отрицательно ко всякому движению в пользу его активной поддержки со стороны русского общества, лишенного тех органов, через которые оно могло бы провести свою коллективную волю. Всякое национальное движение, как только оно перестает быть платоническим, неминуемо проходит у нас через грязные руки царского правительства, которое с собственным народом обращается, как с презренной райей. Нельзя ни на минуту забывать, что «турецкие порядки в России в течение всего XIX в. были лучшею опорою турецкого господства в Константинополе» (Драгоманов. «Турки внутренние и внешние»).

«Турки пытают македонских болгар в казематах, истязают их в домах, насилуют их жен, их дочерей, их сестер, избивают их детей, грабят их имущество… Долго ли это может продолжаться?» — негодующе спрашивают «СПБ. В.» Но почему вы молчите, господа, когда ваши домашние курды выполняют ту же турецкую программу на вашей несчастной родине? Разве наши тюрьмы лучше турецких? Разве там не истязают государственных заключенных нравственно, а в последнее время и физически? Разве наши солдаты-усмирители не насиловали жен и дочерей полтавских крестьян? Разве они не грабили их имущества? Почему же не призываете вы к «крестовому» походу против басурман царизма?

Граф Игнатьев имел нахальство сказать чествовавшим его представителям официальной Болгарии: «Устройте ваши внутренние дела, — и симпатии России будут с вами». Эти изумительно наглые слова были сказаны, читатель, в 1902 г. В том самом 1902 г., когда русское правительство, устрояя «внутренние дела», вешало своих граждан, выражавших ему недоверие, при помощи пистолетных выстрелов, сражалось на улицах с рабочими, заполняло тюрьмы и Сибирь своими студентами и пороло своих мужиков.

И это самое правительство парадирует в тоге освободителя! А руководящие русские газеты создают благоприятный «психологический момент» этим политическим шулерам, спекулирующим во внутренней политике на македонской крови.

Те из восставших болгар, которым нужна свобода, а не замена турецкого ятагана всероссийской нагайкой, поймут наше отношение к их делу, как и мы вполне понимаем слова генерала Цончева*: «Восстание будет потоплено в крови… Но встанет новый мститель, и освобожденный македонец сможет сказать, что он обошелся без помощи, которая часто стоит так дорого…».

* Генерал Цончев — руководитель восстания Македонии против турок в 1902—1903 году. Еще в 1879 г. на Берлинском конгрессе Турция обязалась ввести особый административный строй в областях Европейской Турции. § 23 Берлинского трактата гласил: «Блистательная Порта учредит специальные комиссии, в среду которых будет самым широким образом допущен туземный элемент, и которые выработают подробности этих новых регламентов для каждой области». Этот параграф остался на бумаге, турки по-прежнему продолжали управлять своими европейскими областями. Измученное болгарское население Македонии подняло восстание. Были организованы два повстанческих лагеря, на правом и левом берегу Струмы, под общим руководством генерала Цончева. Восстание было жестоко подавлено количественно превосходящими турецкими войсками. К концу 1903 г. Македония, область с 2-миллионным населением, представляла собою груду дымящихся развалин. — Редакция Госиздата в 1920-е гг.

Вот почему друзья свободы должны употребить все усилия, чтобы славянофильское шарлатанство правящей клики и ее газетных молодцов было оставлено революционными и оппозиционными силами нашего общества «без последствий».

(Без подписи.)

«Искра» № 28, 15 ноября 1902 г.